От Alex Medvedev Послать личное сообщение Ответить на сообщение
К All Информация о пользователе Ответить по почте
Дата 21.09.2026 07:48:07 Позвать санитаров Версия для печати
Рубрики WWI; Игнорировать ветку Найти в дереве

«И вот тут некоторые стали себе позволять нашивать накладные карманы и обуживать

рукав — вот этого мы позволять не будем!»

К вопросу о бреднях про применение химического оружия при подавлении повстанческого движения. Некоторые крайне ангажированные присутствующие упорно пытаются пришить накладные карманы к несуществующему мундиру, патетически восклицая, что мол несколько десятков снарядов выпущенных в никуда это военное преступление и таковым его и надо считать...

Придется сослаться на французский опыт применения химического оружия в ПМВ. Дабы бредни про отдельные баллоны и отдельные снаряды окончательно разоблачить, как крайне невежественную пропаганду

(Поскольку букв много, а пропагандоны как известно не читатели, а поголовно писатели, цифры которые позволяют химическое оружие ПМВ называть ОМП выделены жирным шрифтом)
______________________________

§ 1. — Газовые волны
Опыт доказал, что газы высокой плотности, такие как хлор, фосген и т. д., могут, если атмосферные условия благоприятны, очень долго удерживаться у поверхности земли без большого рассеивания.
Наиболее благоприятные условия создаются, когда погода холодная, сухая, без солнца, и когда ветер, правильно направленный, дует со скоростью от 2 до 5 м в секунду (скорости, отмеченные в немецких атаках).
Эти условия рациональны. Действительно, когда светит солнце, земля нагревается, и вследствие этого возникают восходящие токи, которые довольно быстро рассеивают пелену. С другой стороны, поскольку большинство газов либо достаточно растворимы в воде, либо гидролизуются, важно, чтобы атмосфера была сухой. Наконец, с точки зрения успеха атаки необходимо, чтобы направление ветра было как можно более постоянным. Однако это достигается только тогда, когда ветер дует с минимальной скоростью, которая, по опыту, у немцев оценивается в 2 м в секунду; таким образом избегают опасных возвратов назад для дружественных войск; но, с другой стороны, ветер не должен дуть как буря, иначе многочисленные завихрения, которые при этом возникают, обусловливают быстрое рассеивание газов; на практике максимальная скорость, допускавшаяся немцами, составляла около 5 метров в секунду.
Если все эти условия выполнены, газы способны оказывать своё действие очень далеко в тылу линий; в некоторых случаях отмечались ещё серьёзные поражения в 20 км от точки выпуска, а сам запах иногда ещё отчётливо ощущался в 40 км.
Вопреки тому, что можно было предположить, возможно проводить атаки такого рода на относительно пересечённой местности, учитывая, однако, местные течения; газ тогда следует за понижениями, где находятся деревни, и ощущается также очень далеко. Мы приведём в пример немецкую атаку 30 июня 1917 года в районе Ришкура, где волна прошла через гребень и продвинулась очень далеко в тыл линий. Равным образом, 7 апреля 1917 года, в секторе Лиме-Фей-ан-Иле немецкая волна смогла достичь деревни Лиме, пройдя через небольшую ложбину.
В начале немецких атак использовался чистый хлор, затем волны состояли из смесей фосгена и хлора; по-видимому, не применялся никакой другой газ. Очень часто волна содержала, кроме того, дымообразующее вещество, состоящее из серного ангидрида с добавлением небольшого количества хлорсульфоновой кислоты, предназначенной для его сжижения: эта жидкость испарялась в аппаратах (так называемых Nebel-topf, Nebel-kasten и т. д.), просто стекая на негашёную известь. Соотношения хлора и фосгена были, несомненно, весьма изменчивы: в волне, выпущенной 7 июня 1917 года в секторе Ньивпорта, мы обнаружили пропорцию хлора около 2/3.
Очень интересная атака была задумана немцами в августе 1917 года между Водесенкуром и Рувруа. Она должна была состоять из первой волны раздражающего газа, называемого Reizgas, предназначенного для проникновения через маски и вынуждения людей снять средства защиты, а затем, через несколько минут, вторая волна, состоящая из боевых газов, называемых «Kampfgas», должна была поразить незащищённых людей. Первый газ, несомненно, состоял из хлордифениларсина, выпускаемого с помощью аппаратов, нагреваемых, по-видимому, смесью серы и железных опилок. Боевые газы состояли из хлора и фосгена. Эта операция, которую наши враги называли «Sommer-Ernte» или летняя жатва, жалко провалилась перед очень эффективными уничтожающими огнями, которые вела наша тяжёлая артиллерия по траншеям, содержащим средства выпуска.
Мы не можем здесь дать подробности об оборудовании, использовавшемся немцами для выпуска их волны, так как это завело бы нас слишком далеко. Ограничимся указанием, что они использовали специальные ёмкости весом около 40 кг, снабжённые игольчатым краном, продолженным длинной свинцовой трубкой; выпускная трубка опускалась до дна цилиндра, чтобы выпускать саму жидкость и избегать таким образом охлаждения из-за расширения. Когда температура низкая, нельзя помышлять об использовании чистого фосгена, который кипит при 8°; немцы тогда использовали баллоны, заряженные смесью хлор-фосген.
Газовые баллоны были вделаны в парапет и защищены мешками с землёй; выпускные трубки, соединённые по 5 или 6, выходили за парапет. Эти баллоны были снабжены шарнирными ключами, позволяющими управлять краном на расстоянии.
Количество газа должно было быть значительным, чтобы быть эффективным, и немцы обычно использовали около 1–2 баллонов на погонный метр; так, в январе 1917 года в атаке в секторе Шампани, которая развернулась на длине 9,5 км, потребовалось 18 500 баллонов.
Завершая этот параграф, я укажу, как можно было химически определить природу газов, содержащихся в волнах противника. Г-н Клинг распорядился разместить во всех вероятных секторах атаки аппараты, которые, будучи приведены в действие в волне, указывали с помощью соответствующих реактивов природу газов: эти аппараты размещались либо в пунктах первой помощи батальона (App. № 1), либо в командном пункте дивизии или бригады (App. № 2). Эти аппараты состояли в основном из аспиратора и некоторого числа анализирующих трубок, содержащих следующие реактивы:
1° Вата с йодистым калием, предназначенная для задержания хлора;
2° Раствор анилиновой воды, предназначенный для задержания фосгена, с которым она даёт дифенилмочевину;
3° Раствор азотнокислого серебра (газы типа AsH₃);
4° Раствор углекислого калия (синильная кислота и кислотные газы);
5° Вата с вазелиновым маслом (слезоточивые газы со слабыми реакционными свойствами).
Химические данные, впрочем, дополнялись токсикологическим и гистологическим исследованием внутренних органов отравленных людей в лабораториях гг. Лебо и Майера, а также изучением физиологических симптомов интоксикации.
Фактически этот способ атаки применялся мало; на французском фронте насчитывается лишь около десятка крупных атак, и последняя произошла в ночь с 30 июня на 1 июля 1917 года, то есть почти за 17 месяцев до прекращения военных действий.
Эти атаки действительно требовали применения значительного материального оснащения; они зависели от капризов ветра, который несколько раз относил отравленную волну обратно в немецкие траншеи, вызывая там многочисленные случаи отравления; командование, следовательно, не могло в назначенный день рассчитывать на этот способ атаки. Кроме того, поскольку с 1916 года наши войска были снабжены весьма эффективными средствами защиты, противник отказался от волн, чтобы сосредоточить все свои усилия на газовых снарядах.
§ 2. — Траншейные средства
По-видимому, во время атаки у Ипра немцы использовали траншейные средства, но по этому поводу не удалось собрать никаких точных фактов.
Вскоре после этого, и особенно в Аргонне, их применение стало частым. Первые средства были главным образом ручными гранатами, стеклянными или металлическими, содержащими бромированные кетоны, а также импровизированными средствами, напоминающими так называемую «печную трубу» диаметром 90 мм; эти средства снаряжались в Хёхсте (B. Stoff).
Но вскоре, уже с 18 июня 1915 года, появляются снаряды нарезного миномёта (minen-werfer) 17 см, снаряжённые «B. Stoff» (бромированные кетоны) и «C. Stoff» (хлорзамещённый метилхлорформиат). Напомним, что первое из этих средств, найденное в Нёвиль-Сен-Ваасте, содержало 2 сосуда, снаряжённых предположительно один — хлорформиатом, другой — метилхлорсульфатом.
В течение 1915 года немцы применяли снаряды M.W. 7,6 см и 17 см; они напоминали обычные фугасные снаряды, но внутри был помещён свинцовый сосуд, предназначенный для отравляющей жидкости. Небольшой заряд взрывчатого вещества (пикриновая кислота или толит), помещённый либо в переходной гильзе, либо в головной части снаряда (в случае 17 см), вызывал вскрытие снаряда и разбрызгивание жидкости в виде лужи.
В конце 1916 года применение фосгена (D. Stoff) позволило отказаться от внутреннего свинцового сосуда и использовать полубомбы 25 см ёмкостью около 18 литров.
Позднее нарезные снаряды миномётов вновь свелись к типам 7,6 и 17 см, и они должны были, начиная с 1 сентября 1918 года, нести те же маркировки, что и снаряды, то есть зелёный, жёлтый и синий кресты, о значении которых мы ещё скажем.
Эти различные снаряды обычно использовались с обычными ударными взрывателями в внезапных огневых налётах или беспокоящем огне по траншеям, рабочим командам и путям подвоза, а также в атаках газовыми завесами для поражения островков, не затронутых газовой завесой, и, наконец, в атаках для поражения некоторых близких точек.
В декабре 1917 года немцы начали применять газометы, которые оказали большие услуги нашим английским союзникам. Этот способ атаки состоит, как известно, в выпуске одним залпом нескольких сотен снарядов по ограниченной цели, которая таким образом полностью затопляется газами; эффект внезапности таков, что в большинстве случаев люди не успевают надеть маски и оказываются более или менее поражёнными газами. Нельзя и помышлять об использовании для такой стрельбы траншейных орудий, и, как наши союзники, немцы применяли в качестве метательных средств простые стальные трубы с электрическим воспламенением и нерифленые (гладкоствольные) 18-см снаряды, снабжённые дистанционной трубкой, причём снаряд не был управляемым. Эти снаряды содержали либо чистый фосген, либо фосген с добавлением 40–50 % дифосгена (сурпалита) или хлорпикрина. Наконец, те, что были маркированы «+ синий», содержали неоднородную смесь взрывчатого вещества (гексанитродифениламина) и хлордифениларсина, примерно в равных частях; взрыв вызывал испарение арсина, который таким образом был очень активен.
21 августа 1918 года наши противники впервые использовали в Вогезах новый нарезной 16-см газомет, запускавший свои снаряды более чем на 3 200 метров (стрельба 12 октября 1918 года в направлении Альткирха). Эти снаряды содержали чистый фосген и гранулы пемзы, предназначенные для замедления испарения газа.

§ 3. — Снаряды
Общие сведения. — Газовые снаряды составили, безусловно, наиболее используемое нашими противниками химическое оружие, применение которого только возрастало вплоть до дня перемирия.
Как в оборонительной, так и в наступательной войне немцы использовали в виде внезапных огневых налётов или «заражения» огромные количества газовых снарядов. Иногда это применение было массированным: так, наш фронт между Нёвийи и левым берегом Мааса на протяжении 10 км получил в ночь с 31 июля на 1 августа 1917 года 300–400 тыс. снарядов с ипритом; эта лавина снарядов должна была если не сорвать, то хотя бы затруднить наши приготовления к атаке на Морт-Омм; равным образом, во время немецкого наступления на Марне в июле 1918 года почти 80 % немецких боеприпасов состояли из газовых снарядов (с «+ синий» и «+ зелёный»), и, не имея возможности точно указать число газовых снарядов, использованных в этом деле, его можно оценить по меньшей мере в несколько сотен тысяч.
Как различные газы, о которых мы только что мы только что говорили, использовались ли они немецким командованием?
Не вдаваясь сейчас в вопрос собственно тактики, укажем, что к середине 1918 года различные газы были разделены на три категории, соответствующие тактическому применению. Эти снаряды различались лакокрасочными маркировками в виде крестов разных цветов, нанесённых как на сам снаряд, так и на снарядные лотки.
Снаряды с маркировкой «+ зелёный» (которая подразделялась на три разновидности) содержали относительно летучие вещества и использовались, вследствие этого, главным образом в наступательных огневых налётах или в внезапных огневых ударах.
Снаряды с маркировкой «+ жёлтый» всегда снаряжались ипритом (с добавлением 20 % растворителя). Поскольку иприт является малолетучим и очень стойким веществом, эти снаряды использовались только в оборонительных секторах.
Наконец, третья разновидность состояла из снарядов с маркировкой «+ синий». Они содержали, помимо мощного взрывчатого заряда, бутыль, наполненную ароматическим арсином. Они представляли собой истинные наступательные снаряды, так как активное вещество, к тому же очень малотоксичное, находилось исключительно в дымах газов взрыва, и его действие исчезало вместе с ними.
Газовые снаряды типов «+ зелёный» и «+ жёлтый» содержали лишь слабый взрывчатый заряд, состоящий либо из переходной гильзы взрывателя, либо из удлинённого заряда, помещённого в центральной трубке, опирающейся на донце. Под действием этого заряда снаряд грубо фрагментировался, и большая часть содержащейся в нём жидкости разливалась лужей по земле. Напротив, снаряды с «+ синий» были настоящими фугасными снарядами, внутри которых был погружён стеклянный флакон, наполненный ароматическим арсином.
Чтобы сделать действие газов более быстрым, а также чтобы дезориентировать противника, немцы во второй половине 1918 года использовали снаряды с начинкой «+ зелёный» и «+ жёлтый», содержащие мощный взрывчатый заряд; эти снаряды маркировались «+ зелёный» или «жёлтый». Шум взрыва этих снарядов был достаточным, чтобы создать впечатление прибытия чисто фугасного снаряда, а не газового; токсичная жидкость, кроме того, мелко распылялась в виде тумана и благодаря этому была гораздо активнее.
В последнее время газы, которые, как мы указали, не действовали или мало действовали на сталь, помещались непосредственно в снаряды. Взрыватель, переходная гильза и, если необходимо, ввинченное донце замазывались цементом на основе оксихлорида магния. В 1915 году снаряжение снарядов, которые, напомним, содержали либо ароматические бромиды (снаряды T), либо монохлорзамещённый метилхлорформиат (снаряды K), помещалось в свинцовые сосуды, закреплённые с помощью парафина.
Первые использованные снаряды были калибра 15 см и, в исключительных случаях, 10,5 см, что объясняется необходимостью размещения применяемых токсичных веществ.
тогда в свинцовых сосудах. Когда немцы использовали вещества, которые больше не действовали на железо (дифосген, хлорпикрин и т. д.), они очень широко применяли снаряды малых калибров (7,7; 10,5 см), которые имели преимущество: их можно было выпускать обычным полевым артиллерийским материалом. Однако они не пренебрегали и крупными калибрами, и 21-см мортира была в изобилии снабжена газовыми боеприпасами, как, разумеется, и тяжёлая полевая гаубица (15 см).
Ещё одна интересная эволюция, которую следует отметить в немецкой артиллерии, — это применение в течение 1918 года газовых боеприпасов для дальнобойных орудий (15-см пушки: дальность — 20 км; 17-см пушки: дальность — 24 км; 24-см пушки: дальность — 26 км). Это применение тем более удивительно, что число выстрелов из этих орудий всегда было очень ограниченным, тогда как, согласно немецким инструкциям, применение газов обычно требовало (за исключением внезапных огневых налётов) довольно большого количества снарядов и, во всяком случае, очень хорошего группирования попаданий, что трудно осуществить на больших расстояниях.
Взрыватели, которыми оснащались первые снаряды, были просто ударными; как только немецкая артиллерия получила мгновенные взрыватели, аналогичные французским, газовые снаряды стали оснащать этими взрывателями, которые позволяли добиться лучших условий распределения газов по поверхности земли.
Сообщалось, и немецкие документы говорят об этом, о стрельбе газовыми снарядами с дистанционными взрывателями. Насколько нам известно, эта стрельба была исключительной, что понятно, учитывая трудность её пристрелки.
Устройство снарядов. — В снарядах с «+ синий» арсин содержится в стеклянной бутыли, помещённой внутри взрывчатого вещества, горлышком к донцу снаряда.

В снарядах с «± жёлтый» или «зелёный» взрывчатое вещество помещено в головной части и отделено от отравляющей жидкости диафрагмой в форме колпака, ввинченной внутрь снаряда.
Заряд 15-см снарядов Gr. n/A с «+ жёлтый», 15-см Gr. 12 (Verst.), 21-см и 24-см помещён в центральной трубке; у всех остальных снарядов он образован переходной гильзой взрывателя.
Тактическое применение. — Этот вопрос несколько выходит за рамки данной конференции; однако мы скажем о нём несколько слов, поскольку тактическое применение газов в значительной степени обусловлено их природой и химическими свойствами. В общем можно сказать, что немецкая артиллерия всегда практиковала стрельбу по площади, как это показывают различные инструкции, исходившие от высшего командования. Этот способ применения прекрасно подходил к относительно стойким веществам, которые составляли их боевые газы. Кроме того, они никогда не использовали дымовые составы, а пристрелка огня достигалась предварительно с помощью фугасных дымовых снарядов.
В их первой инструкции (соответствующей снарядам K и T) указывается, что огонь по позициям пехоты должен вестись на глубину 400 метров, последовательными скачками по 25 метров, причём каждая батарея может покрывать зону шириной 150 м. Огонь по небольшим лощинам и лесам рекомендуется как особенно эффективный.
В другой инструкции, датированной 18 февраля 1917 года и касающейся снарядов с «+ зелёный» (дифосген), говорится, что огонь на поражение должен вестись на ровной местности на площади минимум 1 км², причём наименьший размер не должен быть меньше 700 м; наилучшие результаты будут получены при массированном и длительном огне (6–8 часов). Огонь будет тем эффективнее, чем спокойнее атмосфера (отсутствие солнца и ветра), и в этом отношении особенно показательно выбирать ночь или лесистые места; сильный дождь делает газ неэффективным. Этот документ предусматривает для 1 км² 12 000 выстрелов 77-мм, то есть примерно 12 тонн газа. При стрельбе необходимо, разумеется, учитывать направление ветра и в принципе начинать обстрел с наветренной стороны. Та же инструкция указывает, что беспокоящий огонь будет включать серии по 100 выстрелов 77-мм, сосредоточенных в одной точке, при максимальном времени 2 минуты. Снаряды с «+ зелёный» могут также использоваться в огне на уничтожение в пропорции 10 %.
В инструкции от 1 июля 1917 года появляются 3 типа снарядов: «+ зелёный» (с тремя вариантами: обычный, 1 и 2), «+ жёлтый» и «+ синий». Снаряды с «+ зелёный» должны предпочтительно применяться вместе со снарядами с «+ синий», газы которых проходят через маску; «+ зелёный 2» до некоторой степени заменит эту комбинацию.
Газ снарядов с «+ жёлтый» (иприт) отмечен как обладающий преимуществом: он не имеет запаха и не оказывает раздражающего действия. Применение снарядов с «+ жёлтый» следует комбинировать с применением фугасных снарядов, чтобы дезориентировать противника.
Снаряды с «+ синий» малотоксичны, но их разрушительное действие равно примерно ¼ чем у фугасных снарядов; однако их всегда следует применять одновременно с «+ зелёный»; их можно использовать в плохую погоду.
Все эти снаряды должны быть ударного действия.
При внезапном огневом налёте должны использоваться снаряды с «+ зелёный» и «+ синий»; в огневых налётах большого значения создаётся болото газа с помощью снарядов с «+ зелёный» из расчёта 6 000 выстрелов 77-мм на км².
«+ жёлтый» будет применяться одновременно с фугасными снарядами в обороне.
Окончательная инструкция от 1 декабря 1917 г. содержит массу интересных сведений. Указывается, что снаряды с «+ жёлтый» могут быть фугасными с очень низким разрывом. Предусмотрены три вида огня: 1) внезапный огонь снарядами с «+ зелёный» и «+ синий», 2) инфекционный огонь снарядами с «+ жёлтый», 3) огонь для создания завес с применением снарядов с «+ зелёный» и нескольких «+ синий». Ветер, насколько возможно, не должен превышать 1,50 м для образования завес, 3 метра в внезапном огне и 5 метров в инфекционном огне. В этой инструкции также говорится о снарядах с «+ жёлтый» с сильным взрывчатым зарядом. Поражённую местность можно пересекать зимой через 2 часа после обстрела в случае «+ зелёный», через 12 часов для «+ жёлтый» (но без остановки) и для «+ синий» — сразу после исчезновения облака от разрывов.
В последней инструкции от 9 июля 1918 г. объявляется, что впредь большинство газовых снарядов будут иметь сильный взрывчатый заряд: снаряды с «+ жёлтый» с сильным зарядом эффективнее и менее стойки; кроме того, они лучше подходят для наступления.
Фактически, на момент перемирия существовало довольно мало снарядов с «+».
Подойдя к концу этой конференции, я позволю себе сделать из фактов, которые мы изложили вместе с г-ном Корнюбером, следующий вывод:
Застигнутые врасплох и несколько ошеломлённые немецкой атакой 22 апреля, мы быстро взялись за работу и создали с нуля промышленность хлора, фосгена, брома и т. д., и это усилие позволило нам довольно быстро ответить удар на удар на методы противника. Однако неоспоримо, что вначале противник переиграл нас и навязал нам методы боя, которые немало нам вредили. Эта внезапность была обусловлена нашей неподготовленностью и тем фактом, что химическая промышленность у нас была очень слабо развита. Роль, которую сыграла химия в этой войне, покажет всем, я надеюсь, что национальная оборона и химия едины, и что важно развивать научные и промышленные исследования, отправной точкой которых у нас послужила газовая война.
Даниэль Флорентен, начальник отдела взрывчатых веществ и газов Муниципальной лаборатории Парижа.