|
|
От
|
SK
|
|
|
К
|
All
|
|
|
Дата
|
24.10.2006 11:28:00
|
|
|
Рубрики
|
1936-1945 гг.;
|
|
Посылка изначально неверна.
Если м/ч подлежала списанию, то эту процедуру не затягивали. По той причине, что эта "мертвая единица" до подписания инспекторского свидетельства о списании стоит в боевом расчете и по гудку должна быть поднята в воздух. А если нет - то спрос с начальства.
Второй вариант. Свидетельство выписано, но бумага в верхний штаб в связи с начавшимися БД не попала. Но есть другой вид доклада наверх. Это так называемые ежедневные срочные донесения по телефону (телеграфу, радио и т.д.), в которых перечисляются наличные силы полка (всего, исправных, неисправных, списанных). В связи с отходом журнал срочных донесений дивизии сожгли или утратили иным путем. Но в выше по ступенькам авиационной иерархии такой же журнал, и еще выше такой же. Плюс эти доклады о наличии м/ч шли по двум линиям (командир части и инженер).
Даже в условиях всеобщей неразберихи в самом верхнем штабе должны были быть сохраниться точные данные на вечер 21.6.41 г.
Смысл тогда командиру списывать неисправную до войны м/ч на БД. Ему наоборот нужно показать, что от немецкого налета не так много машин пострадало. Вот в ходе БД перевести небоевую потерю в разряд боевой убыли (чтобы пилота не засудили) - это запросто. Но и тут в одной из 4 линий докладов (командир, замполит, инженер, опер) кто-нибудь да обмолвится об истинной причине (хотя и договаривались все вместе). Или представитель верхнего штаба, находившийся в полку доложит.
СК