Смысл возбуждения уголовного дела в том, чтобы начать расследовать. Квалификация произошедшего сугубо предварительная, потом можно менять сколько надо.
На том этапе, видимо, решили что пока расследовать должны военные следователи или из ГВСУ (центральный аппарат) или из ВСУ по ЧФ (двусмысленная по нынешним временам аббревиатура, но какая есть).
Если исходить из украинской атаки, то получаем теракт, диверсию или ещё что-то, относящееся к подследственности ФСБ.
Почему так решили, сказать сложно. Или флотские пообещали сами разобраться, или флотские с контрразведкой будут параллельно выяснять обстоятельства, или дело в ФСБшное следствие решили пока не передавать по другим соображениям. Нормальное решение, флотским следователям сподручнее первичный материал собирать, описывать повреждения и пр., военно-морская специфика все ж таки.
>флотским следователям сподручнее первичный материал собирать, описывать повреждения и пр., военно-морская специфика все ж таки.
Интересно, эти флотские следователи отличают конец от линя, а обрез от банки))?
>>флотским следователям сподручнее первичный материал собирать, описывать повреждения и пр., военно-морская специфика все ж таки.
>Интересно, эти флотские следователи отличают конец от линя, а обрез от банки))?
Насчёт всего этого, ну вот того самого что здесь написали, я не в курсе.
Я в курсе что предмет расследования отпечаток накладывает. Постоянное расследования того как матрос открутил шалабушку, сделал что-то нехорошее с другим матросом в помещении со специфическим водоплавающим названием, командир БЧ с номером допустил преступную халатность, и всего прочего в водоплавающем антураже воленс-ноленс приводит к усвоению флотской специфики.
Вы представляете сколько там работы только по описанию тысяч повреждённых шалабушек?
Да ещё и с учетом того что предмет описания на дне. Так что есть основания уважить желание военных контролировать расследование.