От Alex Medvedev Послать личное сообщение Ответить на сообщение
К iggalp Информация о пользователе Ответить по почте
Дата 21.07.2026 13:14:14 Позвать санитаров Версия для печати
Рубрики WWII; Игнорировать ветку Найти в дереве

Re: Ровно наоборот

>Где вы этого только набрались.
Из документов разумеется

>Никаких конкретных обсуждений кредита в 1 миллиард не было. Вялотекуще обсуждали какое-то связанное торговое финансирование.

Из переписки посла США в РФ с госсеком и госдепом США по поводу кредита
______________________________
Мы провели совершенно неформальную беседу на эту тему, которую я предварял объяснением, что сказанное мной ни в коем случае не должно рассматриваться как обязательство для американского правительства. Я сказал господину Трояновскому, что, по моему мнению, выплата Советским правительством правительству Соединенных Штатов 150 миллионов долларов является абсолютным минимумом. Я указал на то, что доллар обесценился на 60 % по сравнению с прежней стоимостью и что, следовательно, 150 000 000 долларов — это всего лишь 90 000 000 долларов по старому курсу. Господин Трояновский, похоже, счёл моё заявление вполне разумным, и я считаю, что мы должны настаивать на выплате [Страница 64]суммы не менее 150 000 000 долларов. Затем мы перешли к обсуждению обычных процентных ставок и дополнительных процентных выплат. Я указал мистеру Трояновский сказал, что по обычным кредитам, полученным от Англии и Германии, советское правительство платило в случае с Англией 15 %, а в случае с Германией — 14 %. Он спросил меня, какую процентную ставку я считаю нормальной для иностранных правительств в нашей стране в настоящее время. Я ответил, что не могу себе представить, чтобы какое-либо иностранное правительство получало деньги под процент ниже 7 %. Затем я указал, что чем выше дополнительная процентная ставка и чем ниже обычная процентная ставка, тем лучше с точки зрения советского правительства, и сказал ему, например, что дополнительная процентная ставка в 10 % при обычной процентной ставке в 5 % будет более выгодна для советского правительства, чем обычная процентная ставка в 7 % и дополнительная процентная ставка в 8 %. Я не делал никаких заявлений относительно фактических ставок, которые должны были стать предметом обсуждения. Однако меня удивило, что его не шокировал приведенный мной пример, который означал бы выплату 15 процентов.

В отношении второго пункта ноты Литвинов занял неожиданную позицию, заявив, что он не соглашался платить какие-либо дополнительные проценты или предоставлять какие-либо кредиты, а только на займы, которые будут предоставлены его правительству для использования в любых целях. Я как мог энергичнее возражал против этого утверждения, напоминая ему, что мы долго обсуждали возможность использования замороженных американских кредитов в Германии, и подчеркивая тот факт, что президент никогда не говорил о прямом заеме Советскому правительству, а только о заеме в форме кредитов (President had never had any idea of a direct loan to the Soviet Government but only of a loan in the form of credits.). Я указал на то, что в настоящее время Соединенные Штаты не могут предоставить кредит ни одной из иностранных стран, и что мы исходили из того, что он прекрасно понимает, что кредит в этой форме — это единственная возможная форма. Он согласился с тем, что правительству Соединенных Штатов было бы чрезвычайно сложно предоставить какой-либо заем Советскому Союзу, но настаивал на том, что, по его мнению, президент нашел бы способ это сделать. Я уверен, что президент никогда не рассматривал возможность предоставления заема в какой-либо иной форме, кроме коммерческого кредита, который будет использован в Соединенных Штатах.

Литвинов также возражал против установления 10-процентной ставки дополнительных процентов. Он напомнил мне, что при обсуждении этого вопроса с министром финансов Моргентау министр финансов предложил установить 4-процентную ставку обычных процентов и 6-процентную ставку дополнительных процентов. Литвинов также напомнил, что предложил министру финансов обычную процентную ставку в 3 процента и дополнительную ставку в 4 процента


Ваше письмо от 11 марта, 17 марта, 13:00, только что получено. Завтра я сообщу суть дела Литвинову. Сегодня утром я видел его в больнице. Сначала он категорически отказывался рассматривать что-либо, кроме денежного займа. Однако после долгих споров он согласился передать весь вопрос Сталину.
Шведский кредит в размере 100 000 000 крон породил в Москве общее убеждение, что теперь Советский Союз может рассчитывать на прямые займы от многих стран, и это значительно ужесточило позицию СССР.

Литвинов в другом продолжительном разговоре сегодня в больнице подтвердил свое нежелание рассчитываться на основе кредитов, сказав: “Мы никогда не будем принимать кредиты вместо займа. Мы могли бы согласиться потратить все средства, полученные от кредита, в Соединенных Штатах, но мы настаиваем на прямом кредите, подобном тому, который только что предоставило нам правительство Швеции, чтобы мы могли оплачивать все наши покупки в Америке наличными.
Я ответил, что сообщение, которое я получил от президента, было категоричным: кредит не может и не будет предоставлен. Я добавил, что, если его позиция останется неизменной, я хотел бы немедленно телеграфировать президенту, чтобы Экспортно-импортный банк был немедленно ликвидирован, а от торговли с Советским Союзом пришлось бы отказаться. Затем я выразил надежду, что, несмотря на отсутствие торговли, наши отношения, тем не менее, останутся дружественными. Литвинов ответил: «Мы могли бы сохранить дружеские отношения с Соединенными Штатами без взаимной торговли, но я опасаюсь, что Соединенные Штаты не сохранят дружеских отношений с Советским Союзом».

Литвинов сегодня сообщил мне, что Совет народных комиссаров принял решение урегулировать вопрос задолженности перед правительством Соединенных Штатов и американскими гражданами путем предоставления долгосрочного кредита и что советское правительство не будет настаивать на получении займа. Он сказал, что он уполномочен внести следующее предложение: Экспортно-импортный банк должен предоставить кредит сроком на 20 лет на сумму, вдвое превышающую сумму, подлежащую выплате в порядке урегулирования претензий Советского правительства; что, если сумма должна быть установлена на уровне 75 000 000 долларов, кредит должен быть на 150 000 000 долларов; что, если сумма должна составлять 100 000 000 долларов, кредит должен быть на 200 000 000 долларов. Он предложил, чтобы Экспортно-импортный банк открыл кредит на эту неопределенную сумму, который советское правительство могло бы использовать, если и когда ему понадобятся наличные для оплаты покупок, сделанных в Соединенных Штатах. Он утверждал, что советское правительство хочет оплачивать все покупки в Соединенных Штатах наличными. Я трижды повторил это во время нашего разговора, но он настаивал на своем.

Он предложил, чтобы процентная ставка по такому кредиту составляла 4% в течение первых 4 лет без дополнительных процентных выплат, применяемых при ликвидации задолженности, и чтобы процентная ставка составляла 4% плюс 3% дополнительных процентов в течение последующих 16 лет. Таким образом, дополнительные 3% за 16 лет покроют 96% признанных требований. Я сказал Литвинову, что, по моему мнению, указанная сумма дополнительных процентных выплат в размере 3% окажется совершенно неприемлемой, но что я передам его предложение своему правительству и воздержусь от дальнейших комментариев до получения указаний из Вашингтона.


Частный источник сообщил мне, что шведский парламент может отказать Советскому правительству в предоставлении кредита. Если этот слух подтвердится, мы найдем Литвинова более сговорчивым.

Тем временем я считаю это предложение совершенно неприемлемым. Оно заменяет кредит, которыйпрезидент до сих пор отказывался рассматривать, кредитом, который является эквивалентом займа.


Трояновский телеграфировал, если транслитерация Литвинова верна, что Департамент выразил ему мнение, что вопрос о форме кредитов был всего лишь второстепенным вопросом; что общая сумма, подлежащая выплате, была единственным камнем преткновения; что Департамент предложил Экспортно-импортному банку выдать кредиты на сумму, в три раза превышающую сумму, подлежащую выплате советским правительством в счет погашения долгов (и вот уже речь идет о кредите на полмиллиарде долларов -- АМ)

Дальнейшее обсуждение показало, что Литвинов был готов согласиться с тем, что все закупки, которые будут покрыты предоставленными кредитами, должны быть осуществлены в течение 2–3 лет. Он настаивал на том, что сумма X должна быть вдвое больше суммы, подлежащей выплате в счет погашения долгов. Он сказал, что его правительство неохотно, но готово рекомендовать выплатить 100 миллионов долларов в счет погашения долгов. Он повторил свое прежнее предложение о процентной ставке Y в размере 4 плюс 3 процента, но ненароком начал обсуждать эту цифру как 5 плюс 5 процентов, подтвердив мою догадку о том, что он готов согласиться на общую процентную ставку в 10 процентов. Он снова настаивал на том, что срок погашения Z должен составлять 20 лет, но дал понять, что готов обсудить X, Y и Z при условии, что удастся прийти к согласию относительно формы кредита. Он также сказал, что банкноты советского правительства могут выпускаться в форме легко реализуемых или оборотных обязательств и что банк будет вправе распоряжаться такими обязательствами по своему усмотрению.

Мне кажется, что, хотя предложение Литвинова в его нынешнем виде явно неприемлемо, оно может быть настолько тесно связано с проектом Госдепартамента, что наши интересы будут должным образом защищены.

73. Ваши 79 и наши 72, прежде чем отправить последнее, были тщательно рассмотрены Президентом вместе с Муром. Ввиду большой важности достижения консенсуса, пожалуйста, незамедлительно сообщите о любых уточнениях, которые вы хотели бы внести, или о любых изменениях, которые, по вашему мнению, следует рассмотреть.


После долгой и бесплодной дискуссии Крестинский сказал: «Пожалуйста, передайте своему правительству, что мы не будем иметь никакого отношения к финансовому состоянию американских корпораций, участвующих в кредитовании Экспортно-импортного банка. Либо кредит в Банке на сумму, вдвое превышающую сумму выплаты долга, либо прямое соглашение Банка о дисконтировании 100% советских обязательств на сумму, вдвое превышающую сумму выплаты долга, являются непременным условием для любого урегулирования». Пусть банк немедленно согласится на 100-процентную скидку в размере 200 000 000 долларов по обязательствам «Амторга», и мы выплатим [$]100 000 000 по задолженности, и вопрос будет решен. Мы не заключим никакого соглашения, пока не сможем покупать за наличные, а не в кредит. Мы можем получить все частные кредиты, которые нам нужны, в Соединенных Штатах».

На недавнем заседании Экспортно-импортного банка много говорилось о бессмысленности существования банка, что влечет за собой расходы, если Советский Союз не намерен предпринимать реальных усилий для заключения соглашения.

Как вам известно, господин Литвинов уехал отсюда, так и не добившись ничего, кроме признания. Когда он и господин Буллит встретились в Москве, он настаивал на том, чтобы наше правительство предоставило Советскому Союзу прямой денежный кредит, который можно было бы использовать по своему усмотрению, или, в качестве альтернативы, прямой неконтролируемый кредит, позволяющий совершать покупки в нашей стране по своему усмотрению, со всеми возможными последствиями в виде дискриминации и неразберихи. Если будет сделано что-то из перечисленного, Советский Союз, конечно, сможет использовать наличные или кредит для закупки военного снаряжения или для того, чтобы заставить производителей одного и того же товара ожесточенно конкурировать друг с другом. Соображения такого рода в сочетании с тем фактом, что Экспортно-импортный банк был создан именно для того, чтобы контролировать кредиты, которые могут быть выданы, побудили президента заявить, что предоставление заема в любой форме, будь то наличными или под залог кредита нашего правительства, без какого-либо контроля со стороны правительства, немыслимо.

Г-н Трояновский передал секретарю прилагаемый меморандум, который он назвал компромиссным предложением. Он сказал, что разработал его сам и постарался учесть точки зрения обоих правительств.

Секретарь зачитал меморандум вслух и заявил, что двадцатилетний кредит, о котором говорится в меморандуме, на самом деле является займом и что такие сроки неслыханны в коммерческих [Страница 136]сделках. После того как г-н Трояновский ответил на вопросы, касающиеся различных аспектов его предложения, госсекретарь заявил, что по сути предложение сводится к тому, чтобы Соединенные Штаты предоставили Советскому Союзу кредит в размере его задолженности перед Соединенными Штатами, а также возобновляемый кредит на аналогичную сумму. Конгресс, безусловно, никогда бы не одобрил такую сделку, и она подверглась бы резкой критике со стороны общественности.
Г-на Трояновского спросили, какие проценты он предлагает выплачивать по согласованному долгу, и он ответил, что, хотя его правительство не считает, что оно должно выплачивать какие-либо проценты, он предлагает выплачивать один процент.

Уважаемый Уолтон: Я не вижу причин, по которым вам не следовало бы последовать общим рекомендациям, изложенным в вашем письме, и попытаться решить вопрос с Россией. Я не думаю, что предстоящие выборы являются веской причиной для отсрочки, и склонен полагать, что достойное урегулирование отношений между нами и Россией скорее поможет, чем навредит. Разумеется, всегда должно быть предельно ясно, что кредиты, которые мы предоставляем, приведут к немедленным заказам на американские товары и, таким образом, обеспечат работой американских рабочих.

На самом деле, даже если мы возобновим переговоры с Трояновским, велика вероятность, что окончательное соглашение не будет достигнуто еще много недель.

Всегда искренне,

Франклин Д. Рузвельт

Уважаемый судья Мур: Всего пара строк в ответ на ваше письмо от 13 июля по поводу предложения доктора Жака Клемана Магюита. Я не считаю, что это предложение осуществимо. Вы помните, что президент лично интересовался вопросом добычи золота американцами в Восточной Сибири. Много месяцев назад я обсуждал этот вопрос с Литвиновым, и он ответил, что советское правительство категорически против предоставления каких бы то ни было концессий на добычу золота в Сибири, что золотодобывающая промышленность Советского Союза развивается со всей возможной скоростью и что правительство намерено оставить всю добычу золота в своих руках.
Действительно, советское правительство прилагает все усилия, чтобы увеличить добычу золота, и, хотя статистические данные не публиковались, я полагаю, что ему удалось почти удвоить объемы добычи.
Я не верю, что американской корпорации может быть предоставлена концессия, и даже если бы такая концессия была возможна, я не верю, что американская корпорация могла бы успешно работать в Восточной Сибири, учитывая чрезвычайные трудности, связанные с использованием русского труда.
Если вы захотите, чтобы я снова поднял этот вопрос перед Литвиновым, я, конечно, буду рад это сделать.
Со всеми добрыми пожеланиями [и т. д.]

Уильям К. Буллит
______________________


>Стыдно-с заниматься подлогом.

Как видно из переписки и кредит был и разговоры были и процент определял чуть ли не лично Рузвельт и даже специальный банк учредили, который только кредитом для СССР и занимался. Т.е. делалось все, чтобы это выглядело как коммерческий кредит, а не госзайм. Но при этом правительство США хотело контролировать и сумму кредита и срок погашения и что можно покупать, а что нет и даже по каким ценам. А это извините уже госзайм, как не извивайся на сковородке.

Так что стыдно обвинять в подлоге, когда сами вообще не в теме.

>Вы безапелляционно чем дальше тем больше несете совершенную чушь и не воспринимаете никакую информацию.

Я замечу, что я в этой дискуссии единственный кто цитирует документы. Вы же в подтверждение своих заяв никаких доказательств не привели, что означает, что к вашим заявам нужно относится как к БСК.