Настоящий очерк является логическим продолжением (либо параллельным описанием событий с небольшим сдвигом в пространстве) нашей предыдущей работы о 1-й Маевицкой бригаде. В основу положены два сборника воспоминаний её ветеранов. Во-первых, это книга «Вторая Маевицкая бригада. Наш рассказ – наши воспоминания» 2013 г. издания , во-вторых – собранные Драганом Мркаичем записки о крайне неудачном для бригады бое 21 апреля 1993 г. Презентация первого издания прошла 4 декабря 2015 г. в Центре культуры Семберии. В основу нашего очерка положено второе расширенное издание . Чрезвычайно детальное описание одного боестолкновения, выполненное сразу несколькими его участниками, мы взяли за основание при описании 1-го батальона.
В заключительной части работы помещён мартиролог чинов бригады. Наиболее информативным и подробным источником послужило издание «Семберия в Отечественной войне 1992–1995 годов. Монография о погибших, пленных бойцах и жертвах войны» . Биографические сведения из него максимально информативны и полны. Оно стало основанием списка, поэтому ссылки на каждую конкретную биографию решено опустить для лёгкости и быстроты чтения. Биографии, взятые из неё, сразу выделяются своей полнотой.
Иным источником стал самый полный список потерь, приведённый в конце книги бригадных воспоминаний 2013 г. Справки из него, напротив, отличаются лаконичностью, о также не отмечены специальными сносками. Дополнительные сведения и уточнения, встреченные в записках разных автором, уже было необходимо разметить с точным указанием на источник. Во всех случаях, когда звание погибшего/умершего бойца не указано ни в списках, ни в воспоминаниях, автор взял на смелость сделать допущение, вписав «рядовой».
Данный рассказ – дань памяти и бесконечного уважения самым разным людям, сложившим головы в те четыре огненные года при защите гор и холмов сербской Маевицы, не позволившим противнику взять дадио- и телевышку, перейти через горный хребет и ворваться на семберскую равнину. Их судьбы, обстоятельства формирования, повседневная жизнь в соединении, взаимоотношения и личные впечатления ряда офицеров – перед вами. Хочется надеться, что рассказ получился возможно достоверным и непредвзятым, без умолчаний и передёргиваний. Многие негативные проявления и тенденции выступают здесь со всем уродством. Но перед нами не стояла пропагандистская задача написать очередной пропагандистский памфлет о «блестящем пути непобедимых танковых бригад ЦАХАЛа» с обязательным искажением в одних местах и недоговорками в других, нелепо объясняемых «хитростью» и «военной тайной». При неизбежной доле критики и горечи автор видит свой очерк тёплым и почтительным и хочет, чтобы эти ощущения передались читателю.
Глава 1. Формирование бригады, её боевой путь
2-я Маевицкая легкопехотная бригада возникла путём объединения личного состава двух бригад бывшей ЮНА – 92-й моторизованной и в меньшей степени (около трети) 22-й Партизанской.
92-я бригада к началу гражданской войны в Боснии и Герцеговине в значительной мере состояла из мобилизованных и пошедших на службу добровольно сербов из општины Тузла, где дислоцировалось это соединение. В основном в её задачу входило обеспечение безопасности важных объектов на Маевице, в крупном городе Тузла и её окрестностях и в Лукаваце. «Нормально, что она (мобилизация – А.П.) шла как по сербским, так по мусульманским и хорватским местам; тем не менее, отзыв в основном исходил от сербов, так что здесь на практике начало возникать войско РС, базировавшееся на концепции «место защищает место – село защищает село» (Раде Миятович «Рашета» ).
После катастрофической попытки вывести технику 92-й бригады из Тузлы, увенчанной расстрелом колонны на Брчанской малте, основные силы соединения заняли оборонительные позиции на западных склонах Маевицы, по линии село Чакловичи – Симин Хан – Пожарница, до Селюбля и Гоиного брда, чтобы не пропустить со стороны Тузлы мусульманских боевиков, стремительно создававших свою армию. Части были переформированы в 1-й и 2-й пехотные батальоны вновь возникшей 2-й Маевицкой легкопехотной бригады ВРС.
1-й пехотный батальон был сформирован 28 июня 1992 г. из отряда «Чакловичи» и частью из отряда «Бусия». После него возникли 3-й и 4-й, и только в 1994 г. из сербов с Пеляв был сформирован батальон с номером 2.
3-й пехотный батальон, особенно важный в контексте нашей истории, был сформирован капитаном Алексой Филиповичем в апреле 1992 г. по приказу тогдашнего командира 22-й Партизанской бригады Радомира Недича (Перо Деспотович в сборнике мемуаров ; «…Я сказал о Филиповиче, что он нам был как отец…» – его заместитель Янко Йович ) из жителей Прибоя и Растошницы и тогда делился на отряды «Чакловичи» и «Бусия». Собственно, 3-м батальоном они стали уже к концу мая, после сформирования бригады. История части началась с формирования взвода из уроженцев села Пеляве, размещённого в доме Здравко Делича в том же селе. Он охранял линию Бандиера (высота 560) – Хорозовина.
В конце 1991 г. в район Пожарницы – крупнейшего сербского села в окрестностях Тузлы со стороны Маевицких гор – на Гоино брдо из Тузлы вышел 3-й инженерный полк. Кадрированная часть (2 офицера и 20 подофицеров и солдат) должна была заняться выводом машин и другой техники из Тузлы на Маевицу. При проведении мобилизации часть пополнилась личным составом. Вторая часть из резервистов находилась в Ковачице, Прибое и Лопарах (крупные сербские сёла с той же стороны). Ими командовали соответственно капитан Чолович и старший водник Гайо Стоянович, недавно обмененный из хорватского плена в Славонском Броде.
По свидетельству служившего тогда в полку уроженца Пожарницы Душко Боича, пехотных формирований для защиты сёл до войны не создавалось: «…всё сводилось к составлению каких-то списков взводов и рот», но никто никому не отдал никакого приказа – что и как дальше, если будет необходимо» .
После расстрела колонны 92-й бригады вечером 15 мая в Тузле на Маевицу приходит война. В Пожарнице сербы формируют отряд «Бусия» (по названию одной из гор на Маевице), состоявший из рот из Пожарницы и Ковачицы и отдельных взводов в Тракиловичах, Боичах (удерживали Акино брдо и пространство к Билежаку; позднее на Акино брдо подошёл ещё взвод из Бриеста), Эркичах, Цвилевине, Колимере, Яничах, Потраше. Взвод создавался в каждом селе или на хуторе. Командиром отряда стал Раде Миятович «Рашета», заместителем – Любо Янкович, оба офицеры резерва. Линией фронта Бандиера – Бальковице – сельское кладбище Вуяновичей – Савичи – Ивковичи моментально стала граница между сербскими и мусульманскими сёлами. Мусульман очень интересовало кладбище в Вуяновичах и бандиерские высоты, и эти пункты привлекли основные их усилия в первые дни войны .
«Эти первые месяцы войны были особенно тяжёлыми, как из-за неопытности, так и из-за страха, да и погодные условия вносили дополнительные затруднения, так как постоянно шёл дождь, «и небо плакало из-за творившегося», говорили бойцы. Трудно было убедить бойцов вырыть окоп, траншею, чтобы защититься. Говорят старики, что на войне действует правило «чем глубже в земле – тем дольше на Земле». Так что эти дни закаливания бойцов, привыкания к войне, окопу и уходу домой время от времени для помывки, переодевания и – назад в часть, были новой ситуацией, к которой мы должны были привыкнуть, чтобы сохранить территорию. С учётом того, что электричества не было (её отключили мусульмане сразу после расправы 15 мая – А.П.), запасы еды истощались, и питание свелось к полевой кухне и для гражданских, и для солдат в зоне (боевых – А.П.) действий» (Душко Боич ).
В 1-й батальон 22-й Партизанской бригады до зимы 1991 г. было призвано много уроженцев општины Лопаре. Ещё с началом войны федеральной армии против хорватских сепаратистов с будущими бойцами проводилось интенсивное обучение обращению с оружием, вождению техники. Отрабатывалось управление батальоном и его подразделениями. Часть охраняла объекты в Брчко, Старом Углевике, Пелагичеве и Крепшиче; некоторое количество людей посменно отдыхало в это время в своих домах.
25 мая 3-й батальон вступил в первый бой, прикрывая теле- и радиокоммуникационную вышку Столице. Он занял и защитил Дубницу и Лисаче – юго-западнее Столице, к счастью, избегнув серьёзных потерь. Первыми ранеными на Маевице бойцами стали командир роты Миодраг Текич (на Бандиере, тяжело), Джорджо Мичич и Неделько Цветкович (на Хорозовине, оба легко) .
Новая 2-я Маевицкая легкопехотная бригада новой армии сербской Боснии стояла на маевицких холмах и прикрывала оперативное направление Тузла – Биелина. Налево её позиции протянулись к Теочаку до берегов озера Сниежница, в центре располагалась вышка Столице, правый фланг перекрывал перевал Бань брдо, ведущий от Тузлы к главному сербскому городу региона – Биелине. Упомянутая линия проходит по территории пяти општин: Тузла, Калесия, Зворник, Лопаре и Углевик. Растянутые позиции требовали большой ответственности и нерядовых организационных усилий от командования и самопожертвования от бойцов.
Личный состав происходил в основном из мест, потерянных сербами при начале войны: Тузлы, Пожарницы, Растошницы и окружающих их сёл. Таким образом, «генетическую» связь с защищаемыми районами части имели не всегда. Это, а также отсутствие неформальных связей с областными начальниками было удобным предлогом для општинских администраций не считать соединение своим и пытаться переложить заботы по его обеспечению на соседей. Снабжением бригады занималась гражданское руководство всего одной општины (Лопаре) и колхоз (задруга) «Ратко Перич» из Прибоя.
Получению бригадой и општиной Лопаре помощи способствовали связи известных футболистов тузланского клуба «Свобода» Горана Миляновича и Раде Тошича, а также предпринимателя Саво Йовановича из Прибоя, всю войну прослужившего во взводе военной полиции. Отдельное место в истории снабжения бригады занимает успешный предприниматель Илия Савич, до начала конфликта живший в Тузле. Пожилой человек, разменявший седьмой десяток лет, имевший проблемы со здоровьем, он использовал для помощи соединению свои связи в Сербии и особенно в Воеводине. «Человек высокий, немного сгорбленный, с серьёзным выражением лица, тихий, оптимистичный, упорный и рациональный, постепенно, но основательно создавал сеть помощи бойцам», – так характеризует его Перо Деспотович. Особенно Савич поспособствовал созданию склада материально-технических средств и иных вещей, необходимых для армии и местных жителей. Два его сына, Рачо и Драган, всю войну провели в войсках.
Среди проблем, связанных с отсутствием у бригады «своей» тыловой территории, снабжавшей и комплектовавшей её, Перо Деспотович упоминал постоянный отлив солдат младших возрастов в другие бригады (кроме 1-й Маевицкой) и части корпусного подчинения, потому что там они могли рассчитывать на лучшие условия службы, снабжения, заботу гражданской администрации о размещении семей. Во 2-й Маевицкой массово оставались служить призывники 1935–1945 г.р., а в частях поддержки – ограниченно годные к несению строевой службы. Уроженцы Семберии после первого увольнения зачастую не возвращались в свою часть .
«…Во многих частях, возникших из населённых пуктов, сёл или семейств, случалось (а это было очевидно), что почти целая семья находилась на одном месте в боевом порядке. Это было вне всякой логики, но только они были в этом упорны и хотели быть все вместе, несмотря на некоторые катастрофические последствия. Так шли дела всю войну» (П. Деспотович ).
Бригадой последовательно командовали Миле Дубаич – бывший командир 92-й моторизованной бригады ЮНА, майор Велизар Благоевич, подполковник Перо Деспотович, Славко Гужвич и Мирослав Банджур. Начальники штаба – Велизар Благоевич, Йован Мичич-Кикор (знаменитый по посвящённой ему песне Родолюба Вуловича, когда герой командовал 1-й Семберской легкопехотной бригадой), Алекса Филипович, короткое время – Миодраг Цветкович, Йовица Маркович (с конца мая 1993 г., после после морального истощения на должности командира 4-го батальона – его воспоминания ). Помощниками по вопросам безопасности самое продолжительное время служили Коста Дуйкович и Миодраг Цветкович. Помощниками командира по вопросам морали были Миодраг Максимович (погиб 21 апреля 1993 г.), Бойо Митрович, Миливое Польчич (тяжело ранен) и Србо Маркович. Начальники тыла менялись часто, наиболее долго эту должность занимали Вукосав Делич, Стево Настасич и Радомир Савич. Так же часто менялись начальники оперативно-учебного отделения, занятого подготовкой новобранцев.
Из воспоминаний Йовицы Марковича можно сделать заключение, что управление соединением при первых двух командирах было неудовлетворительным. Имелись огромные проблемы с дициплиной, командование слабо следило за положением в батальонах, не была выстрона связная линия обороны. В конце августа и сентябре 1992 г. все эти проблемы привели к потере сёл на участке 4-го пехотного батальона (подробнее расскажем в своём месте). Положение стабилизировал подполковник Перо Деспотович. Однако у него сложились конфликтные отношения с местной (прибойской) гражданской администрацией. По предположению Марковича, они стали причиной его перевода на должность командира 1-й Маевицкой бригады после гибели на разведвыходе её прежнего командира Милана Йовича . Правда, он же высказывает мнение, что приход способного командира был необходим для стабилизации положения в 1-й Маевицкой. Возможно, имели место обе эти причины, то есть Деспотович сменил место службы из-за требования дела и одновременно с лёгким сердцем. С собой он забрал команду своих помощников-штабников.
Сам Деспотович о гражданской администрации општины Лопаре говорит так, предварительно упомянув Керовича и Стойшича: «…добавлялись и разные грязные словоблуды из местной власти, которые тебя ежедневно осаждают, проверяют и что-то тебе объясняют, желая, чтобы ты покорился, дискредитируют тебя, будто ты пришёл самовольно и являешься их рабом, а за спиной делают всё, чтобы ты упал, сдался, а они тебя затопчут, унизят и сочно плюнут.
Говорят тебе разные глупости, что ты строг, груб, что никого не уважаешь, что народ устал и не может следовать сумасшедшим решениям, и кто знает что ещё. Боже, какая бессмыслица, полностью неверные тематика и методика. Как народ может устать от жизни?»
Печально обстояли дела с зимним отоплением и снабжением бензином. Сменивший Деспотовича Славко Гужвич вспоминает, что его жена, работавшая учительницей в Баня Луке, не получала зарплату. Электричество зимой включали ненадолго и нерегулярно, так что отопления в школе не было. Тогда директор распорядился выдать работникам вместо денег мазут – по 10 литров, из расчёта стоимости 10 немецких марок за литр. Супруга подарила эту канистру Гужвичу во время его визита. Вернувшись в бригаду, он заехал в санчасть за таблетками от головной боли, узнал, что на заправку санитарной машиной не осталось ни капли, и передал драгоценную канистру .
Сообщая о своей честности, Гужвич говорит, что у него не однажды не было денег на то, чтобы поехать к жене в Баня Луку на один день, и один из командиров безвозмездно подарил ему 50 марок. Личный шофёр Иван Филипович никогда не пользовался бензином в части, а заправлялся на тыловой базе или на разных АЗС.
Напротив, однажды к комбригу приехали два парня в камуфляже и посулили 5000 марок ежемесячно, если тот (только формально) занесёт их «шефа» в список личного состава. Славко рассвирепел и ответил: «Передайте вы своему шефу, чтобы лично явился ко мне, и я назначу его командиром взвода на Бань брде или Дебелой липе». Те больше не появлялись, а упомянутый «блатной» парень вскоре получил должность в штабе корпуса .
Бойцы не имели времени и денег, чтобы напилить дров для зимнего обогрева своих домов. Славко Гужвич решил выдать каждому по 5 кубических метров, на что получил одобрение от командующего корпусом, но вступил в конфликт с администрацией општины. Комбриг распорядился выделить из пехотных батальонов и других частей физически сильных солдат, снабдил их бензопилами. В один из дней полиция бригады перекрыла выезд из села Тобут, чтобы предоставить возможность работы. Представители општины ежедневно появлялись, пытались помешать пилению леса и даже грозили возбуждением дела. Командир предлагал встретиться со специалистами, которые определят участки, на которых можно валить лес. Их не прислали, поэтому Гужвич «забил» на местные власти. Деревья попилили на дрова и отвезли в Прибой .
Помощниками по личному составу служили Джордже Гаич и Мира Джуканович, которым для решения особенно обширных и трудных задач придавались ассистенты. Штаб-квартирой руководил Радо Секулич, шефом канцелярии была Зага Лалович – девушка, ранее служившая в штабе Территориальной обороны Тузлы.
По предложению и на спонсорские средства Благое Йосиповича и девушки Весны из Шида, учившейся в Биелине, при Славко Гужвиче для бригады издавалась ежемесячная газета «Маевицкие новости». Она печаталась в Сербии, в Шиде, и посвящалась преимущественно благотворительным спонсорским пожертвованиям в адрес бригады: публиковались имена и фамилии благородных людей, точные суммы, цели расходования, остаток в бригадной кассе .
Всю войну бригада защищала отведённый ей участок от нападений мусульманской армии с направлений Тузлы и Теочака. Основные удары неприятеля приходились на левый фланг и центр построения (П. Деспотович ). Два самых значимых сражения – это неприятельская атака 21 апреля 1993 г. на Бань брдо и отражение наступления на вышку «Столице» в феврале-марте 1995 г.
В июне 1992 г. бригада потеряла район Растошницы и сдвинулась севернее этого села и к восточным склонам Столице.
В августе бригадный взвод военной полиции принимал участие в знаменитой деблокаде Смолучи.
К началу октября в общих чертах сложилась конфигурация зоны отвественности бригады. Примерно 10 дней достраивалась система обороны 3-го батальона от Раковаца до Мраморья, и там пришлось находиться комбригу вместе с адьютантами Раденко и Марьяном и водителем Томичем .
12–17 октября бригада участвовала в успешном отражении крупного неприятельского наступления на Маевицу.
Один из командиров бригады, Перо Деспотович, после войны – неутомимый публицист, мемуарист и инициатор издания ряда книг о Маевицких бригадах – отмечает рубеж октября и ноября как время окончательной организации и конолидации сил 2-й бригады. Соединение получило точно определённую зону отвественности в системе обороны. Была выстроена субординация между ниже- и вышестоящими командирами, укреплены позиции, в основном выставлены минные прикрытия, налажено взаимодействие с соседними соединениями. Началось обучение личного состава вне зоны военных действий. Был сформирован, обучен и оснащён разведывательный взвод и создан резерв для быстрой реакции при возникновении угрозы или для ведения собственных наступательных действий.
О состоянии соединения прежде тот же мемуарист замечает: «…в сентябре бригада в значительной мере находилась в состоянии полураспада, что численный состав бригады, особенно его боевая часть, уполовинен, что многие бойцы деморализованы, напуганы и беспокоятся за свои семьи, не имели ни малейшей воли и желания не то что отправляться на другие участки фронта или вести иные боевые действия в зоне бригады, но в действительности даже чтобы оставаться в соединении» .
На это время численность личного состава колебалась от 1600 до 2000 бойцов. Соединение состояло из штаба, укомплектованного по штату старой ЮНА, трёх пехотных батальонов – 1-го, 3-го и 4-го, танкового взвода, батарей 105-мм гаубиц и 120-мм миномётов, батареи 76-мм горных пушек Б-1, части ПВО с одной трёхствольной 20-мм автоматической пушкой и одной полубронированной самоходкой «Прага», усиленного разведвзвода, взвода военной полиции, инженерного отделения, взвода связи, санитарного взвода с медицинским пунктом, облсуживавшим все бригады на Маевице, и роты снабжения.
28 ноября мусульманская армия попробовала занять Бань брдо и пресечь сообщение с вышкой Столице. При неожиданной атаке особенно пострадал 1-й батальон 2-й Маевицкой бригады в Пульковом доле. 1-я и 2-я Маевицкие бригады ответили стремительным контрударом, отбили атаку и сами заняли ряд господствующих высот, ранее принадлежавших противнику. Командиры обоих соединений в тот день лично руководили действиями своих ударников.
Следующую попытку занять господствующие высоты противник предпринял уже в начале декабря, но 1-я и 2-я Маевицкие и 1-я Семберская бригады опять его огорчили.
В феврале – начале марта 1993 г. мусульмане по направлению через Равни Завид, Скаковицу и Николичи попробовали занять сербский берег озера Сниежница. В бою на заметённой снегом местности те же три сербские бригады отбивают наступление и даже на короткое время возвращают несколько сербских сёл, потерянных в самом начале войны. Однако гибнет командир 3-го пехотного батальона 2-й Маевицкой капитан Мирослав Митрич, запаниковавшие вследствие этого солдаты не удерживают достигнутых позиций и откатыватся назад (к их чести надо сказать, что больше таких ситуаций не повторялось, и 3-й батальон в дальнейшем был образцовым в бригаде).
21 апреля мусульманские войска ведут наступление на Маевице с основной задачей захвата перевала Бань брдо. С этой целью ранее они забросили в сербский тыл диверсионную группу, прошедшую на стыке 1-й Семберской и 2-й Маевицкой бригад. В тот день противнику удалось сбить 1-й батальон Маевицкой бригады с позиций, разгромить его штаб, занять часть перевала и дорогу к радио- и телевышке. Неправильная оценка обстановки бригадным штабом и поочерёдная посылка небольших подкреплений к зданию штаба, которое вместе с окружающими холмами контролировалось противником, привели к тяжёлым потерям.
В бою на перевале Бань брдо 21 апреля 1993 г. погибли 33 бойца 2-й Маевицкой бригады, 32 ранены, а ещё 10 человек были захвачены в плен. В отношении сербских солдат-ополченцев мусульмане совершили 6 военных преступлений: несколько попавших в плен были застрелены и зарезаны с последующим надругательством над телами (посчитаны в общем числе погибших), вёлся огонь по санитарной машине, был убит водитель.
Однако после вывода из боя ударных разведывательно-диверсионных групп и передачи захваченного было участка для его занятия ополченческой мусульманской пехоте произошло то, что должно было произойти: сербская артиллерия нанесла огневой удар, а ударные подразделения 2-й Маевицкой и особенно пришедшие им на помощь из 1-й Маевицкой прогнали противника, который понёс ещё большие потери и потерял боевое знамя.
В ноябре-декабре войска Восточно-Боснийского корпуса нажимали на Теочак, но, немотря на кровопролитные бои и понесённые потери, имели минимальные тактические успехи.
В середине мая 1994 г. войска 2-го корпуса АРБиГ повели наступление на Маевице с упором на склоны к северо-востоку от Столице. 1-я Семберская бригада потеряла господствующие высоты на Томанича косе. 10-го числа вечером погибли её командир майор Крсто Недич, его начальник штаба и сопровождавшие их бойцы, обходившие передовые окопы . 15 мая неприятель взял Кикови и Спасовине. Возникла непосредственная угроза для передатчика. Но соседние бригады, в том числе 2-я Маевицкая, помогли их немедленно вернуть.
Через пару дней были сформированы ударные отряды приблизительно по 60 бойцов. Отрядом 2-й Маевицкой командовал Йовица Маркович. В него вошли добровольцы Торбака (о нём смотрите в рассказе про прибытие в бригаду Перо Деспотовича), бойцы ударного взвода 3-го батальона во главе с Митаром Тоичем (авторитетного парня из села Липовице, в начале войны создавшего свой отряд) и другие удальцы. Ребята Тоича находились на позициях 1-й Семберской ещё 10–11 мая, когда их сменил другой развевзвод. 15-го они помогали семберцам в попытке выбить врага, но ружейно-артиллерйский огонь мусульман заставил сербов залечь и пресёк их активность.
Первая попытка атаковать мусульман успеха не имела, хотя бой шёл до поздней ночи (Митар Тоич ). После этого начался сбор сведений о силах противника. С объектов Град и Сметалька (или Шметалька – Митар Тоич ) провели командирскую разведку: присутствовали Слободан Йованович «Торбак», Митар Тоич – командир разведвзвода «Маевицкие волки» 3-го батальона, командир 3-го батальона Душко Боич и его заместитель Янко Йович, охранение осуществлял Рашо. Тогда командиры получили направления атак, исходные позиции и были ознакомлены с общим планом.
Контрудар был назначен на 24 мая, но из-за проливного дождя его отложили на день. И вот ранним утром отряд Марковича двинулся вперёд. Одновременно «Пантеры» получили задачу вернуть Велики Кик, а «Тобутские соколы» – Мали Кик. Корпусной батальон военной полиции должен был, идя от вышки и Сувой Чесмы, занять район Спасовин (Митар Тоич ).
На основном направлении шёл Тоич. Справа от отряда 2-й Маевицкой шёл 3-й батальон военной полиции (корпусного подчинения), слева – отряд «Чёрного» (должен был взять позиции от Томанича Косы до Великого Кика). С ним у Марковича приключилась смешная история, которой он делится в своих записках. Командиры всех частей были включены в единую радиосеть и докладывали о действиях комбригу Банджуру и начальнику штаба корпуса полковнику Гавричу, расположившемуся на передовом КП в Савичах. Василие Митрович «Чёрный» бодро докладывал ему, что ведёт разведку у Рожаня, в глубоком тылу неприятеля, а на деле лежал на палой листве совсем рядом с Марковичем. Йовица приблизился к Чёрному; тот криво усмехнулся. Маркович позвал его вперёд. Знаменитый разведчик вначале отказался. Тогда Йовица пригрозил, что пойдёт один. Митрович покраснел, усмехнулся второй раз и ответил: «Пошли» .
С пятидесяти метров сербы открыли шквальный огонь из автоматов. По глубине расположения исламистов заработала артиллерия. Бойцы побежали и ворвались в окопы. Надо сказать, что мусульмане запаниковали и практически сразу убежали на соседний холм, правда, оборачиваясь и выкркивая ругательства. Распределив солдат на Томанича косе и доложив об успехе подполковнику Банджуру, Маркович поблагодарил Йовановича и Тоича и без сил заснул прямо в окопе . На занятых позициях провёл непогожую дождливую ночь и взвод «Маевицкие волки» Митара Тоича, пока его не сменили свежие силы .
Видовданский смотр в 1994 г. проходил напротив здания штаба, построением на противоположной стороне дороги. Присутствовали все командиры бригады, кроме Миле Дубаича. Потом в торжестве приняли участие гости из Старой Пазовы (Сербия). Женщины из Кола сербских сестёр и прибойской школы. Йовица Марковича тогда познакомился с очень милой Радой (впоследствии она погибнет в автомобильной катастрофе ).
Основной активностью бригады по причине относительного затишья в войне на Маевице в 1994 г. была отправка солдат на иные фронты, преимущественно под Бихач. Личный состав для сводных батальонов отбирали командиры, и это было тяжёлым и ответственным делом. Солдаты не хотели уезжать, семьи боялись за их жизни. Выбор таких «командировочных» мог привести к беспорядкам и даже бунтам. Так, командиру батальона с Пеляв капитану Чаловичу пришлось однажды закрыться в своей канцелярии, потому что солдаты и жители села, не желавшие отправки родных на другой фронт, грозились его линчевать. Комбриг полковник Банджур был вынужден послать для его освобождения Йовицу Марковича, которому Чалович открыл дверь, лишь услышав знакомый голос. После начальнику штаба удалось немного успокоить крчиавшую и сквернословившую толпу и объяснить необходимость настоящих действий. Через четыре дня из жителей Пеляв удалось отобрать солдат для посылки в Краину. Майор Маркович рассказал об инциденте по телефону местному депутату Народной скупштины Керовичу, и тот выругался в адрес населения .
В ноябре 2-я Маевицкая во время очередного наступления противника безуспешно пыталась прорваться к окружённым на Лисаче (и впоследствии сдавшимся) солдатам 1-й Маевицкой бригады.
В хмурые туманные дни марта 1995 г. (Маркович ошибочно говорит о феврале) мусульманские войска проломили оборону на стыке 1-й и 2-й Маевицких бригад и заняли ряд важных объектов у Столице, в том числе оборонявшихся и 1-й Семберской бригадой, бойцы которой стремительно отступили, и начальнику штаба полковнику Вояковичу пришлось их задерживать. Противник взял S-образный изгиб дороги и перекрыл путь от кафаны Йойи.
В первый же день ряд позиций был возвращён, и вышка деблокирована (Перо Деспотович ; Йовица Маркович утверждает, что передатчик находился в окружении 5 дней ). В связи с серьёзностью ситуации на Маевицу прибыло политическое и военное руководство страны.
Симич назначил Марковича командовать сводным отрядом 2-й Маевицкой бригады. Последний вспоминает, как его подчинённый Луис, говоря в микрофон, громко копировал голос Воислава Шешеля, желая то ли напугать, то ли разозлить мусульман. Фланговые манёвры бригадной группировки не удались, и тогда по противнику начали работать артиллерией. Мощный и интенсивный обстрел продолжался три дня. 10 марта войска АРБиГ в панике откатились с дорожного изгиба (тот же мемуарист говорит, что после войны мусульманские офицеры доверительно рассказывали ему, что сербы могли на плечах совершенно расстроенных частей ворваться в Тузлу, прояви первые чуть больше энергии; печально, но преследования не было). При возвращении района были обнаружены тела троих убитых артиллеристов из 3-го смешанного артполка, которые обороняли позиции в качестве «линейных» пехотинцев. Один из них был братом подполковника Бобича, и Маркович доставил ему близкого покойника.
Кониц (холм к северо-западу от вышки Столице) 2-я Маевицкая вернула лишь 6 апреля. К началу мая войска Восточно-Боснийского корпуса полностью «подчистили» последствия прорыва.
За годы войны части бригады побывали на разных фронтах, во многих горячих точках боснийского противостояния: Сараево – на Райловаце, под Илияшем, в Посавине – Обудовац (усиленный разведвзвод), на Озрене, а в ближе к концу – в Боснийской Краине: у Гламоча, Грахова, под Бихачем, Мрконич Градом (Млиниште), Крупой-на-Уне. * (* На Западно-Краинском фронте особо отличились Слободан Йованович-Торбак и Йовица Маркович, получивший ранение, но через пару дней вернувшийся в строй. Последнего в штабе Восточно-Боснийского корпуса прежде презирали и считали неспособным офицером, но он делом и кровью доказал, что он не зря носил звание офицера бывшей ЮНА. Также в бою под Мрконич Градом погиб бригадный интендант Лука Петкович).
В конце 1993 г. на Сараевском фронте стал ощущаться критичееский недостаток людей, необходимых для удержания фронта. Генерал Младич распорядился, что тамошние бригады составили запросы о необходимом усилении. С 12 февраля по октябрь 1994 г. контингенты 2-й Маевицкой бригадой посменно занимали позиции на Райловаце и Релеве. Первой сменой из 30 человек командовал Йовица Маркович. Там он впервые за 10 лет встретил Миленко Влачича, с которым познакомился у своего дяди Боро в Тузле. Со второй встречи они стали дружить домами, особенно пока была жива жена Миленко Марица (Йовица Маркович ).
Бойцы 2-й Маевицкой размещались в Школьном центре, рядом с отрядом полиции специального назначения. К счастью, потерь за почти год они не имели.
8 октября 1995 г. бригада командировала 9 бойцов в Илияш. С 16 октября солдаты бригады сменами на 10 дней отправлялись под Обудовац в зону ответственности Посавской бригады. Из-за близости расстояния их часто навещали офицеры .
В 1996 г. на Маевице разместились миротворческие силы ООН. В Прибое разместилась российская бригада . Её бойцы вышли на линию разграничения, от которой сербские и мусульманские войска дожны были удалиться на 2 км. Началась частичная демобилизация.
Из приблизительно 2500 человек, прошедших службу в соединении, погибли 404, среди них 17 иностранных добровольцев: 13 сербов, 2 черногорца и венгр из «малой» Югославии и россиянин. Ещё пятеро бойцов числятся пропавшими без вести, с полным основанием отнесём их в категорию убитых. 925 солдат были ранены. * (* В сборнике воспоминаний чинов бригады Перо Деспотович говорит, что «свыше 960)
Иностранные добровольцы были представлены гражданами Югославии – сербами и черногорцами, и России (в том числе знаменитый в последующем в истории России Игорь Иванович Стрелков). Также в бригаде сражался один француз – ветеран Иностранного легиона (Перо Деспотович ).
За вклад в создание и защиты Республики Сербской её президент Радован Караджич указом от 9 января 1995 г. наградил соединение «Медалью Петра Мрконича» (под этим псевдонимом участвовал в герцеговинском восстании будущий король Сербии Пётр I Карагеоргиевич, приведший страну к победе в Первой мировой войне).
История 2-й Маевицкой бригады завершается после окончания войны, когда 1-ю и 2-ю Маевицкие объединили в новую 308-ю бригаду под командованием Душана Танасковича. В январе месяце начальником штаба был назначен Йовица Маркович.
