>Если чисто о бомбах, то начинаются "интересности":
>В Ил-2 над бомбометанием работал только летчик, причем бомбовый прицел сняли и бомбили то ли по меткам на самолете, то ли "по сапогу", то ли по ведущему...
>А в экипаже У-2 бомбометанием "озабочены" оба члена экипажа + благодаря своим ЛТХ самолет может чуть ли не висеть над целью --> при достаточной видимости опытный слетанный экипаж вполне мог "укладывать шары в лузу".
>Источника не помню, но попадалось, что вроде в Сталинграде У-2 укладывали бомбы чуть ли не в дымоходы землянок, блиндажей, уцелевших домов :))
Меня немало повеселил один эпизод у Новикова А.А. :
12 мая после почти трехмесячного отсутствия{193} я вернулся в Москву и вскоре был у Сталина с докладом о результатах боевых действий советской авиации в сражениях на Правобережной Украине. Особый интерес у Верховного вызвал рассказ о том, как летчики помогли наземным войскам ликвидировать довольно сильную вражескую группировку, окруженную нами в Тернополе.
Гитлеровцы, засевшие в северной части города, перекрыли своим огнем шоссе — единственный удобный и наикратчайший путь снабжения наших войск, которые в то время вели бои километрах в двадцати западнее Терноноля. Маршал Г. К. Жуков, назначенный командующим 1-м Украинским фронтом вместо смертельно раненного генерала армии Н. Ф. Ватутина, как-то при мне посетовал на это неудобство. [256]
— Такая заноза в нашем тылу, никак не выдернешь ее! — сердито сказал Георгий Константинович и вопросительно посмотрел на меня.
Я промолчал. Но по дороге на КП командующего 2-й воздушной армией меня вдруг осенило: а что. если попробовать разгромить остатки вражеского гарнизона ночными легкими бомбардировщиками? Так в то время громко назывались учебно-тренировочные одномоторные самолеты По-2, которые мы с успехом использовали для боевых действий. Но ввиду своей беззащитности от вражеских истребителей летали По-2 (У-2) только ночью. В данной же ситуации — бомбежка должна была вестись очень точно и по малым целям — По-2 предстояло действовать днем. Решение было рискованным. Прорвись к Тернополю пара или две «мессершмиттов», и от двух дивизий По-2, которые мы бросили на подавление противника, полетели бы щепки не только в переносном, но и в буквальном смысле этого слова (конструкция этого самолета целиком была из дерева и перкаля). Но мы дали По-2 очень мощное истребительное прикрытие. Летали они поэтому в хороших условиях, работали отлично, и едва отбомбился последний экипаж, как гитлеровцы выбросили белый флаг.
— Мал золотник, да дорог: хотя и маленькие и тихоходные самолеты, но дело свое делают,— отреагировал Сталин на мой рассказ. Он молча прошелся по кабинету, думая о чем-то своем, а потом обернулся и неторопливо сказал:
— Скоро вам предстоят новые поездки. Мы заканчиваем разработку большой операции в Белоруссии. Вы полетите к Жукову{194}. Но прежде придется вам съездить в Ленинград к Говорову. Обо всем более подробно вас проинформирует Антонов. Держите с ним связь.
